II Мировая 2.0

Цитата: — Да. Я за мир.

Нет дела тупее, чем война за мир. Мир — это абстрактное понятие. Как мед у Вини-Пуха. Был-был да и вышел весь. За него нужно просто платить — много и нужным людям.

Сколько? Пожалуй, хватит 70 миллионов долларов.

Кому? Глубокоуважаемому Квентину Батьковичу Буратино Тарантино.

Зачем? Чтобы получить в итоге самую настоящую войну. На целлулоиде. Холли, так сказать, вор.

Вот такая вот антиномия.

Если честно, я почти два года побаивался, что Тарантино спекся. Режиссер он, конечно, легендарный, только вот последние его опусы все чаще вызывали недоумение. Особенно, шедевр под названием «Deathproof», который российские толмачи со свойственным им цинизмом (читай тупостью) перевели как «Доказательство смерти». Это самое «доказательство» оказалось чушью. Причем чушью, как и сам Тарантино, легендарной.  А потому известие, что новое творение старины Квена — «Бесславные ублюдки» — посвящено  II Мировой войне, особого оптимизма не вызывало. Что мог знать Тарантино о войне? Естественно то, что ее выиграли американцы. Причем еврейскими руками.

И знаете что? Эти нехитрые знания помогли ему снять четкое кино. Даже чоткое.

Только давайте сразу договоримся: ментальные всплески Тарантины — это вовсе не авторский вымысел. И даже не альтернативная реальность. Это очередная художественная лепка из киноцитат. Оммаж всем фильмам о войне и любых других смертоубийствах, которые этот веселый человек с лицом гидроцефала посмотрел за свою жизнь. Посмотрел он много. А потому любые исторические ссылки тут нужно воспринимать с буддистским спокойствием. Нам пофиг — мы из мяса. В смысле, все равно умрем. В смысле, жизнь есть страдание.

Так, о чем это я? О фильме. Он не про войну. Он про ублюдков.

Короче, сюжет таков. В буколических французских полях, постанывающих под железной пятой оккупантов (об чем свидетельствует титр «Однажды на территории оккупированной нацистами Франции») процветает молочная ферма. Кстати, титр свидетельствует еще и о том, что Тарантино любит творения Серджио Леоне. Так вот, на этой самой ферме кинематографический хранцуз отчаянно рубит дрова. Ублюдок ли он — непонятно, но вот определенные странности все же есть. Дело в том, что дрова, которые он рубит, видимо, присутствуют на каких-то альтернативных слоях реальности, поскольку обычному зрителю они банально не видны. Тем не менее, хранцуз ни разу не переживает и продолжает раз за разом всаживать топор в пустую колоду, периодически вытирая заботливо нанесенный гримером пот. Имажинативную рубку прерывает помесь произведений Бетховена и Морриконе. Зловещий кавер означает: на горизонте фошысты. И главный у них – целый оберштурмбанфюрер СС.

Фошыст: — Серьежа! Мы будьем тебья убИвать!

Хранцуз: — Какие будут вашьи доказательства?!

Фошыст: — РРРРРР!

Хранцуз: — Хулигьяны!

Фильм «Красная жара» с губернатором Калифорнии в главной роли Тарантино, видимо, не любит. А потому диалог подлой фашистской гадины и героического рубаки звучит совсем не так. И заканчивается он жестоким расстрелом спрятавшейся в подполе еврейской семьи. Спасается лишь одна девочка.

В это же самое время в сытом американском тылу готовится к карательным вылазкам еврейский недовзвод. При взгляде на лица бойцов сразу становится понятно — эти люди и дали название фильму. В общей атмосфере кунсткамеры можно выделить получеловеческое трио. Молчаливого Тиля Швайгера (его кинематографический псевдоним — Штиглиц — намекает на симпатию Тарантино еще и к Семенову), быковатого Илая Рота (кто не знает — он снял под руководством Квентина ужастик «Хостел») и Бредящего Пита с идиотским зубным  протезом. Все остальные — имбецилы.

Вышеописанную гоп-компанию десантируют во французские леса, где они и творят художественное вырезание фрицев. Поскольку учебников молоденький Тарантинка в школе не читал — всех немцев в этом фильме называют нацистами. Большинство еврейский спецназ убивает и скальпирует, отдельным счастливчикам вырезает на лбу свастику и отправляет к истерящему Гитлеру. Гитлер истерит еще больше. Аплодисменты в зале.

Нельзя обойти и момент духовного приобщения немцев к великой американской культуре. А именно к бейсболу. За это в ублюдочном отряде отвечает уже упомянутый Илай Рот под красочным псевдонимом Жид-Медведь. Всех несогласных арийцев он месит бейсбольной битой. Снято красиво.

А пока суд да дело,  выжившая в стартовой резне еврейская девочка становится в Париже владелицей кинотеатра, в котором крутит фильмы Пабста (ох, Квентин-Квентин…). В этом же кинотеатре Геббельс решает провести премьеру агитационного фильма о мужественном немецком зольдате. Сей воин засел в башне и за 3 дня выкосил оттуда 300 человек противника. На военную кафедру Тарантину тоже не взяли, поэтому о существовании гранат, коими противник мог бы угомонить бушующего героя, режиссер не догадывается. Зато он знает, что старая кинопленка горит быстрее бумаги.

Короче, на премьеру приглашен весь сброд свет нацистской партии во главе с Гитлером. И девочка решает сжечь эту кодлу с помощью раритетной пленки. Не она одна такая умная. Английская (??) разведка также посылает в Париж своего спеца. Спец говорит по-немецки с каким-то индонезийским акцентом, разбирается в кино и должен с помощью отряда ублюдков взорвать злосчастный кинотеатр. Планируется, что на сеанс их проведет немецкое октрисо-шпионко-блондинко в исполнении Дайаны Крюгер.

Однако в результате неудачной попойки в баре (сопровождавшейся карточными игрищами и стрельбой в пах) аглицкий засланец и все немецкоговорящие ублюдки героически гибнут.

Сухой остаток в лице раненой Крюгерши, Пита, Рота и еще пары дядек решает от плана не отказываться. То, что ни один из мужиков даже «хендехох» по-немецки не знает, их не смущает. Выход есть — притвориться итальянцами. Ведь тут лексикон  у них куда шире: «скузи», «грацие» и «аривидерчи».

Беда только, что фашистская гадина из дебюта картины тоже тут как тут. Оберштурмбанфюрер Ганс Ланда – чисто аццкий сотона! Он все видит, все знает, всех выкупает и вообще невообразимо божит. А его приснопамятная мерзость просто прекрасна. Наверное, именно поэтому актера Кристофа Вальтца за исполнение роли Ланды в Каннах снабдили пальмовой веткой. Будет теперь чем от ублюдков отбиваться.

Заключительные полчаса фильма — это что-то с чем-то! Вот где Тарантино выложился по полной. Тут вам и свежестыренный из «Матрицы» облет камеры, и постмодернистские съемки из-под потолка, и стильные взрывы, и одно красивое теткоудушение, и много-много шуток. Есть даже сакраментальное скальпирование, во время которого боец, скальп снимающий, говорит, что он за мир. Жаль только, что сам Квентин никак не засветился. Скажем, в роли истерички-Гитлера или негра-киномеханика.

В целом, 2 часа 33 минуты — хронометраж, конечно утомительный. Тем не менее, фильм мне очень понравился. Рекомендую. Картинка глаз радует, музычка козырная, диалоги тарантино-стайл.

А то, что войну выиграли евреи-мерыканцы? Ну… На то он и Тарантино. Он так видит.

Александр Дудик